Одна переправа и четыре штурма. Как освобождали Черкассы

Немногим городам Украины «повезло» стать ключевыми узлами обороны, за которые велись жестокие уличные бои, и Черкассы стали первым из них на обратном пути на запад. Причем, парадоксальным образом, битва за них закончилась 14 декабря 1943 г., когда севернее бои велись уже под Коростенем. И уже через месяц вылилась для немцев в «черкасский котел».

Уже давно освобожден Киев, ниже по Днепру — Кременчуг и Днепропетровск, а Черкассы, находящиеся «за поворотом», в огромном изгибе реки, оставались в руках немцев.

Город был превращен в центр укрепрайона, прикрывающего дорогу на местечко Смела, крупный железнодорожный узел на рокадной магистрали между Белой Церковью и Кривым Рогом, а также к станции Бобринская. Эта магистраль широко использовалась противником для оперативных перевозок, и в конечном итоге выводила на Никополь, обладание которым Гитлер с военно-экономической точки зрения считал исключительно важным.

Наличие плацдармов, известных под общим названием «Букринский», партизан и отрядов бойцов из разгромленного Днепровского десанта, оперирующих в окрестных лесах, никак не смущало обороняющуюся сторону.

Кроме имевшейся железнодорожной линии Черкассы-Смела, противник построил две узкоколейные железные дороги Черкассы-Свидовок и Черкассы-Геронимовка. Узкоколейная дорога была также проложена в центральной части города.

Северо-западнее него в Днепр впадали реки Рось и Ольшанка, болотистая низменность, труднопроходимая для техники, а правый берег Ольшанки позволял оборудовать господствующие позиции. В западной части лежала полоса болота Ирдынь, для проезда через которое существовал всего один железнодорожный мост, а для прохода — семь гатей, легко ликвидируемых.

В районе восточнее с. Свидовок, где состоялась первая переправа, были оборудованы опорники для ведения огня прямой наводкой из танков и самоходных орудий, которые, отработав до полутора десятков выстрелов, немедленно уходили в тыловые укрытия.

Прямолинейная планировка самих Черкасс, в которых было полно каменных домов с подвальными и полуподвальными постройками, тоже располагала к обороне. Улицы и переулки были перерыты траншеями, подходы обнесены рвами, оплетены колючей проволокой и заминированы, на перекрёстках города стояли орудия и танки.

Фабрики и заводы располагались главным образом в прибрежной части города и на его окраинах, в частности, в паре километров юго-восточнее имелось четыре кирпичных завода, которые могли быть приспособлены для обороны непосредственных подступов. На юго-западной окраине города размещались капитальные постройки военного городка. В двух километрах северо-западнее находился курорт «Сосновка» с каменными домами. Южнее города имелся ряд выгодных для организации обороны высот.

В общем, немцы использовали все выгоды местности, а вдобавок на их стороне была погода: всю первую половину ноября моросило, потом наступили заморозки, быстро сменяющиеся оттепелью, тяжелыми туманами и низкой облачностью — не полетаешь. А еще предстояло форсировать ледяной Днепр.

Основная роль в операции по освобождению Черкасс была возложена на входившую в состав 2-го Украинского фронта 52-ю армию уроженца Харьковщины, генерала Константина Коротеева. Ей должны были помочь отряды партизан Украинского штаба партизанского движения, которые действовали в Каневском, Миргородском, Ржищевском и Смелянском районах Черкасской области, и десантники командира 5 воздушно-десантной бригады полковника Прокопия Сидорчука. С воздуха штурмовала и бомбила противника 5-я воздушная армия под командованием генерал-лейтенанта Сергея Горюнова, но, с оглядкой на погоду, не очень удачно.

В «Записках командующего фронтом» маршал Иван Конев об операции и действиях 52-й армии говорит очень скупо:

«Войска этой армии форсировали Днепр почти без всякого усиления, самостоятельно, на значительном удалении от главной группировки фронта и создали большой плацдарм в районе Черкасс, третий по величине после киевского и днепропетровского. Он достигал 60 км по фронту и 30 км в глубину. Овладев в тяжелых боях сильно укрепленным оборонительным Черкасским узлом, войска стремительно пошли вперед…»

На вот это «овладев» на самом деле был потрачен месяц.

Штурм Черкасс начался 13 ноября с форсирования Днепра севернее города у сел Сокирно и Свидовок. Здесь разведкой был нащупан стык 72 пехотной дивизии и танковой дивизии СС «Викинг», а возле села сплетались в узел лесные дороги, выводившие и в партизанский лес, и в сторону Черкасс и Смелы. В период подготовки личный состав двух инженерных батальонов тренировался в работе с паромным парком — плавать в воде температурой около ноля никому не хотелось. Но пришлось искать рыбацкие лодки, поскольку переправочными средствами армия оказалась обеспечена всего процентов на 30 от необходимого.

В полночь 12 ноября началась переправа. Первый плацдарм создавали полки и дивизии 73-го стрелкового корпуса под командованием генерала Павла Батицкого, естественно, без артподготовки, которую вести было неоткуда. Да и подвезли из-за раскисших дорог только половину боекомплекта. Немцы засекли переправу и открыли ураганный огонь.

У 929 стрелкового полка, переправлявшегося у с. Секирна, сразу потопили семь лодок, а те, кто добрался до берега, вступили в неравный бой без прикрытия артиллерии. Следующие попытки переплыть Днепр немцы успешно подавили.

Участник операции Дмитрий Сапронов вспоминал:

«Был кошмар: в воде вперемешку плавали живые и мёртвые. Всё плывёт, кричит, стонет. Я и сейчас не могу сообразить, как в этом аду удалось выполнить приказ и переправиться на правый берег».

У Свидовка первый эшелон успешно проскочил и организовал противотанковую оборону, дав возможность уже под обстрелом форсировать реку тем, кто шел сзади. Один батальон даже сумел прорваться через село и встретил десантников, подтянувшихся на шум боя.

А у с. Дахновка противник сумел сбросить десант в воду; понеся большие потери только что высадившийся полк был вынужден вернуться на левый берег. Зато получилось переправить на остров юго-восточнее Черкасс стрелковый батальон и два орудия. Основную же часть артиллерии стали перетаскивать на паромах у Свидовка, где дела были лучше всего, а затем саперы приступили к сооружению 9-тонного моста.

К 18 ноября северо-западнее Черкасс был создан плацдарм и в оперативно-тактическом отчете к этой дате в боях уже начинают фигурировать наши танки и самоходные орудия. Немцы отбивались яростно, но линия соприкосновения неуклонно ползла к окраине Черкасс.

Интересный эпизод произошел у с. Геронимовка, в восьми километрах от Днепра.

Разведка установила отсутствие подготовленной обороны, хотя здесь и в соседнем селе расположилось порядка 600 человек боевого состава немцев, включая эсэсовскую артбатарею «викингов». Чтобы не выдать маневра, пехота с минометами и проводниками-партизанами выдвинулась по лесным дорогам, а бронегруппа из семи самоходок со 122-мм орудиями и двух Т-34, взявших на прицеп пушки догнала их к 4.30 утра.

Тогда и жахнули, израсходовав только мин разных калибров более 800 штук, с последующей успешной атакой: рота пленных, 30 автомашин, обозы, куча трофеев и главное — выход во фланг черкасской группировке.

Отсюда и начался первый штурм города, окончившийся неудачей, хотя казалось еще чуть-чуть — и город будет взят. Но не имея опыта уличных боев даже те группы, которые ворвались в Черкассы, просто потерялись на улицах.

До четвертого, решающего наступления части 52-й армии учились на своих ошибках, постоянно теряя людей и матчасть. Характерным эпизодом тут можно назвать гибель самоходной батареи лейтенанта Петра Вернигоры, уроженца Киевской области, служившего в 1817-м самоходно-артиллерийском полку.

22-летний офицер рассчитал маршрут для своих СУ-122 так, чтобы пройти по лощинам от Геронимовки и не попасть под обстрел. Шесть огромных машин прорвались через первую линию обороны и, преодолев район скотобойни, выскочили к железнодорожной станции, где стояла танковая засада. В ходе уличного боя самоходка самого Вернигоры сумела дойти до центральной площади, однако подкрепление так и не пришло. В итоге последняя машина была подбита и сгорела вместе с экипажем… Посмертно лейтенанту было присвоено звание Героя Советского Союза.

Как и другому командиру, гвардии старшему лейтенанту, командиру взвода 45-мм пушек 7-й гв. воздушно-десантной дивизии Григорию Мацу с Днепропетровщины, уже отличившемуся в боях и награжденному орденом Отечественной войны II степени.

Его пушкари оказались на острие немецкого удара со стороны Смелы и ж/д узла Бобринская, которым в первых числах декабря противник прорвал кольцо вокруг Черкасс. Пройдя оборону на участке 18-го воздушно-десантного полка, вражеские танки уткнулись в огонь батареи и ПТР-щиков.

Такие поединки всегда заканчивались одинаково для пушек по прозвищу «прощай, Родина», бессильных против тяжелых танков — на глазах у бойцов Мац был смертельно ранен, а батарею смяли немецкие гусеницы. Но, как оказалось впоследствии, старлей остался жив и попал в плен, отправлен в концлагерь Майданек, где сумел сохранить себя до спасительного освобождения. Золотую звезду ему вручили уже в Киеве, после лечения в госпитале.

9 декабря в 8:30 начался решающий штурм города.

Предстояло очищать от немцев дом за домом, квартал за кварталом. Здесь 45-мм орудия выступали уже в более органичной роли, чем в чистом поле против «Тигров»: они подавляли пулеметы противника в здании, 76-мм полковая пушка держала под обстрелом второй этаж, 76-мм дивизионная пушка вела огонь на разрушение, 122-мм гаубица использовалась для стрельбы по верхнему краю с задачей разрушить его и завалить кирпичом подвальные помещения.

10 декабря штурмом были взяты тринадцать кварталов. 11 декабря еще двенадцать кварталов. 13 декабря после артподготовки танки и пехота прошли железнодорожный вокзал, тесня противника. Одновременно батальон 62 гв. стрелковой дивизии завязал бой у Ирдынских болот, угрожая перерезать пути отступления зажатых в городе немцев, начавших к 16 часам выводить отсюда тяжелую артиллерию, но реально помешать им не смог.

К вечеру 7-я гв. воздушно-десантная дивизия очистила последние 4 квартала на юго-восточной окраине города. Другие подразделения отбивали контратаки врага. Наконец гитлеровцы, потеряв надежду на помощь, начали отход через Змогайловку (Красную Слободу) на Смелу.

Город Черкассы был полностью освобожден 14 декабря в 2 часа 30 минут. А на то, чтобы отбить Смелу, понадобилось еще полтора месяца.

Тысячи людей навсегда остались в черкасской земле. Можно ли назвать эту операцию безусловным успехом?

Наверное, нет. Но не будь этих двухмесячных боев на сравнительно небольшом участке за Днепром — не случился бы и котел под Корсунем-Шевченковским, в который быстро учившаяся Красная армия загнала более 300 орудий и САУ, около 70 танков и штурмовых орудий, и порядка 60 тысяч солдат и офицеров противника, из которых сумели спастись далеко не все.

Автор: Дмитрий Заборин. Украина.ру.

Изображение (фото): из открытых источников

Исторические события:

• Концентрационный лагерь Майданек 20.07.1941-23.07.1944;
• Битва за Днепр 24.08.1943-23.12.1943;
• Полтавско-Кременчугская наступательная операция 26.08.1943-30.09.1943;
• Днепропетровская операция 23.10.1943-23.12.1943;
• Освобождение Киева 06.11.1943;
• Освобождение города Черкассы 14.12.1943;
• Корсунь-Шевченковская операция 24.01.1944-17.02.1944.

Участники событий и другие указанные лица:

• Вернигора Пётр Леонтьевич (Леонович), лейтенант Рабоче-крестьянской Красной Армии, участник Великой Отечественной войны, командир батареи 1817 самоходно-артиллерийского полка 52 армии, герой освобождения города Черкассы, Герой Советского Союза;
• Горюнов Сергей Кондратьевич, советский военачальник, участник Гражданская войны, Боёв у озера Хасан, Советско-финской и Великой Отечественной войн, генерал-полковник авиации, Герой Советского Союза;
• Конев Иван Степанович, советский полководец, военачальник, участник Великой Отечественной войны, Маршал Советского Союза, дважды Герой Советского Союза, кавалер ордена «Победа»;
• Коротеев Константин Аполлонович, участник Первой мировой и Гражданской войн, советский военачальник, в годы Великой Отечественной войны командующий армиями, Герой Советского Союза, генерал-полковник;
• Мац Григорий Зельманович, участник Великой Отечественной войны, командир батареи, Герой Советского Союза.