Среднеазиатское восстание 1916 года

Летом 1916 года началось вооруженное выступление мусульманского населения среднеазиатских владений Российской империи против русских поселенцев и центральной власти. Материал как никогда актуален в наши дни. В Средней Азии и Афганистане на наших глазах происходят серьезнейшие события и изменения. Бывшие ещё 35-40 лет назад единой семьей, народы забыли общее прошлое. Давайте узнаем, что расскажет нам история об уроках, которые, надеемся, ещё не поздно усвоить.

Ничего для фронта, ничего для победы

Первоначально ничто не предвещало того, что развернутся кровавые события в Средней Азии. Война шла уже третий год, и наметились некоторые проблемы с оружием, боеприпасами, с живой силой и, как ни странно, с людьми, которые должны были быть привлечены к строительству оборонительных сооружений и коммуникаций для действующей армии. До этого в армии из среднеазиатских регионов привлекались только туркмены, и было решено расширить этот список. В июне 1916 года Николай II подписал указ, в соответствии с которым мужчины-инородцы становились своеобразным стройбатом. При этом в указе не говорилось, на какой срок и куда призываются эти люди. Было бы хорошо, если в окружении царя оказались бы люди, которые подсказали, что в канун священного мусульманского месяца Рамадан это делать не стоит. Кроме этого, во многих районах шли активные сельскохозяйственные работы, а срыв их грозил крестьянам серьезными проблемами. 

Дошло до того, что на собраниях коренного населения Туркестана было принято решение саботировать этот приказ. Часть призываемых жителей бежали в Западный Китай и начали переманивать оставшихся соплеменников. Началась антипризывная агитация. Ситуация обострялась и тем, что из-за военных действий русская администрация, полиция и войска были малочисленными, а это еще больше распаляло толпу. Постепенно инородцы начали переходить к активным действиям. Русская администрация перестала справляться с накаляющейся обстановкой, и Туркестанский военный округ перешел на военное положение под руководством генерал-губернатора Алексея Куропаткина. Был подготовлен план усиления русских гарнизонов.

Местное население уже не просто протестовало, а перешло к конкретным нападениям на русских. В Семиречье, где проживали большей частью русские поселенцы, ненависть выражалась очень активно. Пришлось вводить дополнительные войска, которым были предоставлены широкие действия, вплоть до ликвидации восставших. Восставшие тоже время даром не теряли и начали нападать на гражданское население. Первыми пострадали переселенцы-топографы, началось воровство домашнего скота, погромы почтовых отделений, грабежи в мелких населенных пунктах. Шло ускоренное вооружение киргизов, одни вооружались старыми фитильными ружьями, берданками, другие – самодельными пиками и топорами. Начались нападения на русских солдат с целью убийства и завладения оружием. Пассивность правительства привела к тому, что под удар было поставлено мирное русское население. Здоровые мужчины все были на фронте, и население оставалось без защиты. Сразу надо сказать, что все восставшие, вдохновленные экстремистскими призывами, действовали с азиатской жестокостью. Был устроен настоящий террор русскоязычного населения, женщин истязали и насиловали, детей и стариков убивали. Молодых женщин угоняли с собой и делали аульными наложницами. По неточным подсчетам было убито 1300 русских мужчин и столько же женщин, более 600 человек ранены и около тысячи пропали без вести.

Было разорено более 900 дворов. Убиты монахи Секульского монастыря, представители сельской интеллигенции. В селе Иваницкое дунгане перебили все население. Но еще страшнее были слухи, очевидцы рассказывали, что видели детские трупы со следами истязаний. Естественно, долго это продолжаться не могло, и в Туркестан направили 30 тысяч военных с артиллерией и пулеметами. К концу лета практически везде волнения были ликвидированы. Солдаты насмотрелись жестокостей восставших, и их ответные действия были адекватны. В боевых столкновениях с регулярной армией, несмотря на многократное численное превосходство, повстанцы не выдерживали. Разбитые киргизские отряды ушли в горы, и впоследствии одни сдались, а другие бежали в Китай, захватив награбленное и пленников. На следующий год часть из них вернулись, но около 70000 так и остались на чужбине.

В записках киргизского историка Шаиргуль Бутырбаева прямо говорится, что восстание было подавлено очень жестоко, но эту жесткость можно было понять: русские отряды видели насаженные на вилы головы русских женщин, стариков и детей. Русские ответили насилием на насилие. Были организованы отряды самоохраны. В Пржевальске русские женщины устроили киргизский погром. В Беловодском, где киргизы убили много мирных жителей, а женщин увели в плен, русские жители убили 600 арестованных киргизов. К сожалению, события, прошедшие в Туркестане, продолжились и позже. Все это происходило, потому что не может быть невнятной национальная политика в многонациональном государстве.

Могло ли быть иначе?

На этот вопрос сегодня ответить сложно. Царское правительство после того как присоединило среднеазиатские земли, не особенно заботилось о том, как они будут осваиваться русскими людьми, как будет проходить взаимопроникновение разных культур, традиций, обычаев. Да и ждут ли русских людей коренные жители, никто не подумал. Директива была одна: пусть едут, там разберутся.

На эти вопросы легли и проблемы, связанные с продолжавшейся войной. Экономическая жизнь в регионах ухудшилась, выросли налоги, жизнь подорожала. Свой вклад в проблемы вносили и действия власти – центральной и местной. Генерал-губернатор Туркестана А. Куропаткин писал, что «за 40 лет мы не приблизили к себе сердца этих простых, но еще первобытных людей». Чиновники средней руки – что русские, что туземные – не спешили разъяснять неграмотным дехканам и кочевникам-скотоводам, что за работы им предстоят и кто от них может быть освобожден.

Был и еще один вопрос, о котором нельзя забывать, – восстание поддерживалось и с противоположной стороны, были данные, что в регионе со стороны Китая действуют турецкие агенты. Подлило масла в огонь и сообщение, что русский корпус Н. Баратова, действовавший в Иране, был разбит. Это произошло накануне указа Николая II и стало поводом говорить, что русский царь не так силен, и этим надо воспользоваться.

По следам исторических событий

Восстание не улучшило, а только усилило этнические противоречия в Средней Азии и настроило многих жителей региона против России и русского народа в целом. В советское время восстание рассматривалось как антиколониальное, поднятое местным населением против царской власти. О зверствах, которые творили повстанцы против русского населения, никто не вспоминал, а лидеры восстания типа Амангельды Иманова стали национальными героями.

В учебниках, которые издавались в Средней Азии, и популярной литературе писалось в основном о зверствах русской армии при подавлении восстания и «преступной экономической политике царского правительства». Все повстанцы – жертвы и царского, и русского произвола. В Кыргызстане установлен национальный праздник в память о Туркестанском восстании. Вот и представьте, с какими мыслями выходят люди с такого праздника.

Мы сейчас затронули некоторые вопросы, связанные с Туркестанским восстанием. Помните, кто участвовал, – неграмотные дехкане, скотоводы. Но вот прошло 75 лет, и в цивилизованных вроде союзных республиках, где давно не осталось неграмотных людей, где любят говорить о поэзии, национальной культуре, где на память цитируют отрывки из народного эпоса «Манас», вдруг снова режут русских людей. Я говорю о событиях тридцатилетней давности, когда на развалинах Советского Союза все срочно вспомнили о национальном самосознании.

Во всех бывших союзных республиках русское население оказалось в самом невыгодном положении. Если в Прибалтике русских давили сверху, в том числе на правовом уровне, то в Средней Азии и на Кавказе били не по социальному статусу, а по имуществу и отнимали жизни. Пришедшие к власти в России временщики даже не задумывались о судьбе брошенного на чужбине русского и русскоязычного населения. Особенно резко ухудшилось положение русских в Средней Азии, видно, местные устали от долгого ожидания момента, когда можно вытащить камень из-за пазухи.

Если опять разбирать причины, то они очень будут схожи с теми, о которых мы уже рассказывали. Все те же различия между русскоязычным населением и местными жителями, националистическая пропаганда религиозных ценностей. При отсутствии прежних механизмов управления и контроля на первые позиции выходят клановые и родоплеменные отношения, а русским в этой системе места нет. И не менее важно ухудшение экономического положения. В этой ситуации местные князьки стали всю вину сваливать на советское прошлое и «на русских оккупантов». Официально никто не говорил «езжайте», но местные поняли все правильно. Им дали карт-бланш против русского населения. Ату, их! И началось. В некоторых местах русские погромы мало чем отличались от восстания 1916 года, только в этом случае помощи неоткуда было ждать. Набор террора был традиционным: изнасилования, избиения, убийства.

Особенно серьезно пострадали русские в Таджикистане. Дмитрий Рогозин, будущий премьер-министр российского правительства, писал в своей книге, что в феврале 1990 года в Душанбе прошел погром в русских кварталах. Националисты растерзали полторы тысячи человек. И так или почти так было во всех среднеазиатских республиках. Наверное, любому здравомыслящему человеку будет непонятно, почему российские власти, поддерживая теплые отношения с лидерами этих стран, не выступают в защиту русскоязычного населения. Боятся потерять таких ценных союзников? А кому нужны такие союзники, которые в глаза клянутся в любви и верности, а за глаза делают вид, что с нами не знакомы? Вспомните, кто из наших «верных» союзников» признал Крым русским? Вот где камень зарыт.

Надо не заигрывать с этими «друзьями», а надо придерживаться четких рамок закона и особенно национальных интересов, интересов того «Русского мира», который остался за кордоном. Пафосных слов много, а вот конкретных дел – не очень. Эти ребята очень хорошо понимают силу, их даже бить не надо, достаточно замахнуться…

Совсем недавно в Бишкеке случилось нападение на русскую девушку одного «гордого киргизского орла», которому не понравилось, что она заговорила с ним по-русски. И это случилось в стране, где русский язык – второй государственный. Этот случай в Бишкеке никого не взволновал до тех пор, пока не был поставлен вопрос о запрете въезда киргизам-русофобам в РФ, возможного запрета на денежные переводы и даже о рейдах для депортации киргизских граждан. Реакция последовала сразу – против этого героя было возбуждено уголовное дело. Показательно: если есть желание, то и ситуация сразу переходит в русло нормальных гражданских отношений. Но ведь нет, число случаев растет изо дня в день. Сколько нам говорили о дружбе с великим казахским народом, какие дифирамбы пел нам их новый президент – и что? Именно здесь активизировались группы местных националистов, которые следят, чтобы во всех общественных местах граждане говорили только на казахском языке. Эти националисты ходят и проверяют ценники, этикетки, различные надписи. Эти «языковые патрули» – не единичные, не точечные, они появились в Нур-Султане, Уральске, Павлодаре и других городах. Волна бытовой русофобии процветает в странах Средней Азии. Они ведь по-прежнему живут на деньги СССР и РФ, они по-прежнему бьют русских, оскорбляют и кричат, что им пора домой.

То, что им пора домой, русские поняли давно, еще в 90-е годы. Например, в Узбекистане с 1991 года численность русского населения сократилась в четыре раза. Сейчас русских в стране всего 2,5 %, и большая часть из них – пенсионеры, которым некуда ехать, они остались доживать. Есть люди среднего возраста, которым просто тяжело собраться. Мы ведь тоже много говорим, призываем возвращаться на Родину, но ведь это не простой процесс, не всякий легко решится на такой шаг. Да и не очень их ждут здесь. Многим приходится бегать по инстанциям, доказывая, что еще может пригодиться Родине. Я приведу один пример. Мой товарищ, с которым мы вместе учились, по распределению уехал в Казахстан, работал на разных административных должностях, а потом стал главным редактором районной газеты. С начала 90-х годов ему постоянно советовали оставить эту должность, но он никак не мог собраться, пока ему в редакцию не бросили гранату. Это довод он посчитал убедительным и уехал в Россию. Мы его встретили, разместили и даже нашли временную работу, но он целый год не мог получить гражданство. Русский человек, ранее проживавший в России, – ну все так, как прописано в указе президента. Год с большим трудом решался вопрос! Потом мы узнали, что все это время очень даже неспешно готовились соответствующие документы, которые помогли бы выполнить этот указ. К сожалению, здравый смысл может быть только в словах президента, а для чиновника это все суета, мешающая работать. В свое время был такой анекдот, вроде он прозвучал из уст одного из правителей среднеазиатских республик: «Золотые головы уехали в Европу, золотые руки уехали в Россию, что будете делать, золотые зубы?»

P.S.

Конечно, ситуация, которую мы все переживаем, не самая лучшая. Нашим отцам командирам пора задуматься о том положении, в котором оказались русские люди по ту сторону границы. Помощи им ждать неоткуда, кроме как от Родины. Хотелось бы, чтобы все наши хозяйственные и политические планы увязывались с судьбами наших соотечественников за рубежом. Они не должны быть в заложниках у националистически настроенных отщепенцев.

И еще один вопрос, который меня стал очень интересовать в последнее время. На границу к нашим соседям со стороны Афганистана пришла новая политическая сила – Талибан*. В нашей стране он запрещен, в республиках к нему тоже относятся крайне осторожно, с опаской. Возник вопрос: кто их, жителей Средней Азии, будет защищать, опять русский «солдат-оккупант»? Или они сами могут что-то сделать? Мне кажется, легче договариваться с новыми силами, чем прикрывать правителей, которые при любом удобном случае готовы ударить в спину.

*Организация запрещенная на территории Российской Федерации.

Автор: Иванов Владимир Георгиевич, российский историк, писатель, социолог и публицист