К 100-летию со дня рождения разведчика-нелегала Юрия Дроздова

19 сентября исполняется 100 лет со дня рождения Юрия Ивановича Дроздова, с именем которого связана целая эпоха в истории нелегальной разведки КГБ СССР. Именно под его руководством была создана группа специального назначения «Вымпел» и среди нелегалов КГБ появились первые Герои Советского Союза.

Будущий «легальный нелегал» родился 19 сентября 1925 г. в Минске. Его отец Иван Дмитриевич Дроздов был офицером русской армии, участвовал в Первой мировой войне, за храбрость был награждён Георгиевским крестом, после революции служил в Красной армии, был одним из командиров артиллерии в дивизии Чапаева, с первых дней Великой Отечественной войны находился на фронте и был тяжело ранен под Старой Русой. По стопам отца пошёл и его сын, который после окончания в 1944 г. 1-го Ленинградского артиллерийского училища, эвакуированного в г. Энгельс, в 19 лет штурмовал Берлин, был награждён орденом Красной Звезды «за уничтожение двух 75-мм пушек, одного зенитного орудия, 5 пулемётов с расчётами и до 80 солдат противника», встретил Победу в звании лейтенанта и продолжил службу в Германии.

В 1952 г. Юрий Дроздов поступил в Военный институт иностранных языков на 4-й факультет (разложение войск и населения противника), где в совершенстве овладел немецким и английским языками и в 1956 г. был направлен на работу в Аппарат Уполномоченного КГБ по координации и связи с МГБ ГДР, в отдел «Н» – нелегальная разведка.

Уполномоченным КГБ в Берлине в то время был знаменитый «король нелегалов» генерал-майор Александр Михайлович Коротков, а начальником отдела «Н» – полковник Николай Михайлович Горшков, завербовавший Жоржа Пака, ставшего заместителем начальника пресс-службы НАТО.

Чтобы приступить к оперативной работе рядом с такими асами, бывшему артиллерийскому капитану пришлось ответить только на один вопрос: может ли он «сделать» жизнь другого человека? Чтобы преодолеть самого себя, Дроздову приходилось часами мотаться по Западному Берлину, слушать речь немцев, перенимать их манеры, даже посещать театральную школу.

Весной 1958 г. Дроздова вызвал начальник его отдела Горшков, положил перед ним на стол журнал Der Spiegel со статьей «Дело Эмиля Гольдфуса» и предложил подумать над планом освобождения арестованного в июне 1957 г. в Нью-Йорке советского нелегала Вильяма Фишера, назвавшегося Рудольфом Абелем. Для начала было решено наладить переписку «семьи» Абеля с его адвокатом в США. С этой целью Центр легендировал «кузена» Абеля – Юргена Дривса, проживавшего в ГДР. Эту миссию и должен был выполнить Дроздов. «Легенду делал самую обыкновенную – простого конторского служащего, – вспоминает он. – Шёл по улице, обратил внимание на одно здание, полуразрушенное... На железной решетке, окружающей это здание, висела табличка – адвокат Юрген Дривс. Ну, это засело в голове. И когда после возвращения в берлинский аппарат мне сказали, что нужно приготовить документы, ... я говорю: сделайте мне документы на такого-то человека». В конечном итоге, благодаря осуществлённой комбинации, Москве удалось установить, что Фишер жив и ведёт себя самым достойным образом. А для Дроздова-Дривса эта операция закончилась так же, как и в конце фильма «Мёртвый сезон»: 10 февраля 1962 г. на мосту Глинике на границе между Западным и Восточным Берлином Юрий Дроздов лично встречал измождённого американской тюрьмой Фишера-Абеля, которого обменяли на осужденного в Советском Союзе американского лётчика Пауэрса.

После возвращения из Германии в декабре 1963 г. Дроздову предложили начать подготовку для работы в Китае. Зимой 1964 г., вспоминает он, «меня вызвали в Центр для доклада о работе по Китаю. Председатель КГБ СССР В.Е. Семичастный после доклада позвонил в ЦК КПСС Ю.В. Андропову и доложил, что резидент разведки из Пекина прибыл. Ю.В. Андропов попросил срочно направить меня к нему для беседы. Помню, как он встал из-за стола, с улыбкой пошел навстречу… Познакомились, и он попросил: “Садись, рассказывай о всех своих впечатлениях, какие у тебя сложились там, в Китае…” Встреча продолжалась около четырех часов. Юрий Владимирович умел слушать, задавать вопросы, был всегда активен, привлекал к беседе других, входивших в кабинет. На его предложение в конце беседы перейти на работу в аппарат ЦК КПСС я ответил отказом. Он еще раз улыбнулся: “Ну подумай, подумай…”».

Встреча эта оказалась для Дроздова судьбоносной. 18 мая 1967 г. Юрий Владимирович Андропов был назначен Председателем КГБ при СМ СССР. Началась эпоха возрождения разрушенных и униженных при Хрущёве органов госбезопасности, в том числе и внешней разведки. В 1968 г., после возвращения Дроздова из Китая, Андропов сказал ему: «Вот мы и встретились, и будем работать вместе». Вскоре Дроздова вызвал начальник ПГУ генерал-полковник Александр Михайлович Сахаровский, передал решение Председателя о назначении Дроздова заместителем начальника нелегальной разведки и добавил: «Внутри Управления можешь пробовать, искать, менять, делать, что хочешь, но Управление “С” должно найти свое место. Это просил передать тебе Ю.В. Андропов».

Дело в том, что предыдущие председатели КГБ Шелепин и Семичастный, будучи ставленниками Хрущёва, в работу разведки и контрразведки не вникали, что привело к провалам и неудачам. Чтобы компенсировать нанесённый ими урон, было решено, среди прочего, создать фиктивную неонацистскую организацию и с помощью неё внедриться в западногерманскую разведку БНД, используя настроения среди её сотрудников. В качестве «шефа» нацистов Юрию Ивановичу пришлось восстановить язык, «подсевший» за годы работы в Китае и в Центре, и под именем «барона фон Хоэнштейна» поехать на «место».

Вербовочная беседа с одним из кандидатов на вербовку, сотрудником БНД, выглядела как разговор двух единомышленников — немецкого барона, бывшего офицера СС, живущего в изгнании и руководящего теми, кто остался верен идеалам рейха, и молодого сотрудника БНД, придерживающегося тех же взглядов. «Я поинтересовался, — пишет Юрий Иванович, — помнит ли он текст присяги, которую все “мы” давали фюреру. Он ответил утвердительно. Тогда я просто предложил повторить ее. “Перед лицом всемогущего Господа Бога! Я клянусь! Быть верным и смелым солдатом фюреру немецкого народа — Адольфу Гитлеру!” … Затем я задал последний вопрос: “А отец Ваш помнит об этом?” — “Отец готов сам принять участие в деятельности организации”». Этого было достаточно – Центр ещё долго получал секретную информацию из самого чувствительного подразделения западногерманской разведки.

За ходом операции внимательно следил Андропов – который, кстати, состоял на партийном учёте в Управлении «С». Однажды, в разговоре с Дроздовым, он пошутил, что после ухода на пенсию «мы вдвоем напишем занимательный сценарий для приключенческого фильма».

В начале 1975 г. начальник Управления «С» Вадим Алексеевич Кирпиченко и его заместитель Юрий Иванович Дроздов были на докладе у начальника ПГУ Владимира Александровича Крючкова, который неожиданно сказал: «Юрий Иванович, что Вы думаете относительно работы в Нью-Йорке. Ведь Вы уже почти 6 лет дома. Юрий Владимирович Андропов хочет, чтобы Вы там сменили Бориса Александровича Соломатина».

Под прикрытием должности заместителя постоянного представителя СССР при ООН Дроздов становится руководителем нью-йоркской резидентуры внешней разведки. Ранней осенью 1979 г. он получает телеграмму с указанием вернуться в Москву на свою прежнюю должность. «Через несколько дней после возвращения я был на приеме у Председателя КГБ Ю.В. Андропова, — рассказывает Юрий Иванович. — Он сказал, что руководство КГБ решило внести изменения в планы моего использования. “Кирпиченко переводится на другую работу. Кстати, он сейчас в командировке. А тебе мы предлагаем должность начальника Управления “С”, тем более, что ты в нем прошел путь от рядового сотрудника до заместителя начальника, и все в нем знаешь”… Крючков, присутствовавший при беседе, попросил обратить внимание на Афганистан. После беседы у Андропова я вернулся теперь уже в свой кабинет № 655 на Лубянке».

Основной задачей Управления «С» по-прежнему оставалась активная разведка по предотвращению внезапного ракетно-ядерного нападения на СССР. Необходимо было отбросить всё, что стало известно противнику от предателей и вследствие провалов, и всё время искать и искать новое, но смелое и дерзкое, не забывая о конспирации и отвлекающих манёврах.

В начале 80-х гг., в связи с размещением в Европе баллистических ракет средней дальности «Pershing-2», советские нелегалы супруги Вартанян, работавшие в Италии под видом богатых торговцев, прошли переподготовку в Москве, за восемь месяцев выучили немецкий язык, после чего им удалось через свои связи получить сведения об организации, боевом составе, дислокации и вооружении баз НАТО в Европе, о расположении и планах строительства позиций ракет и хранилищ ядерного оружия. В результате полученной от них информации советской стороной были предприняты ответные шаги, которые привели к подписанию в декабре 1987 г. Договора о ликвидации ракет средней и меньшей дальности.

В 1984 г. Геворку Андреевичу Вартаняну было присвоено звание Героя Советского Союза. Вот как он сам рассказывает об этом: «Выдали удостоверение, здесь, в Москве, на другие документы и фамилию, чтобы никуда не просачивалось. Гоар орден Красного Знамени. Когда нам об этом сообщили, то мы собрались быстро, энергично и заказали в ресторане отличное вино. Радость огромная и нежданная. Никто нам ни намеком, ни полусловом! Я потом догадывался, что тут многое исходит от Юрия Ивановича Дроздова. И мы с Гоар подумали, что проработали столько лет. Перешагнули за шестьдесят годков. Мы не то что устали, но решили, что хватит скитаться, когда подходит такой возраст. И во время очередного отпуска, когда мы приехали сюда в 1984-м, мы попросили о том, чтобы потихоньку возвратиться. Тогда во главе разведки стояли Чебриков, Крючков, Дроздов. Нам разрешили, дали пару лет на спокойное завершение дел. И мы вернулись. Слава богу, у нас провалов не было. Если разведчик, и в том числе разведчик-нелегал, соблюдает все необходимые меры безопасности и конспирации, правильно ведет себя в обществе, то никакая контрразведка его не вычислит. Наша с супругой Гоар Левоновной многолетняя безаварийная работа за рубежом тому наглядный пример».

Ещё в середине 60-х гг. руководство КГБ, в том числе и благодаря советам отбывавших срок во Владимирском централе генералов Судоплатова и Эйтингона, пришло к выводу, что в случае войны слабым местом в вопросах ведения партизанских действий в тылу противника является подготовка командиров групп специального назначения и разведчиков-диверсантов. По инициативе Андропова 19 марта 1969 г. было подписано постановление Совета Министров СССР о создании КУОС – Курсов усовершенствования офицерского состава, которые возглавил фронтовик полковник Григорий Иванович Бояринов. Это положительно сказалось при выполнении боевых задач группами специального назначения «Зенит», «Каскад» и «Омега» в Афганистане в 1979–1984 гг. Эти группы, как в последующем и ГСН «Вымпел», были в основном или в значительной степени укомплектованы выпускниками КУОС.

19 декабря 1979 г. в Кабул прилетел начальник Управления «С» генерал-майор Юрий Иванович Дроздов и лично поставил задачу группам «Зенит» и «Гром» на штурм дворца «Тадж-Бек», который был взят ими 27 декабря за 43 минуты, что означало смену политического режима в целой стране – беспрецедентный случай в истории спецслужб.

Докладывая 31 декабря Юрию Владимировичу Андропову об этих результатах, Дроздов предложил, с учётом полученного опыта, создать в системе нелегальной разведки КГБ СССР специальное подразделение с теми же функциями, но уже на постоянной основе. После долгих согласований 25 июля 1981 г. вышло закрытое постановление ЦК КПСС и СМ СССР № 719-204, на основании которого приказом КГБ № 00147 от 19 августа 1981 г. был создан Отдельный учебный центр (ОУЦ) в подчинении 8-му отделу Управления «С» ПГУ КГБ СССР. Неофициально ОУЦ именовался ГСН «Вымпел». Его назначением было проведение спецопераций за пределами страны в особый (угрожаемый) период, в том числе диверсий на военных и промышленных объектах противника, создание глубоких агентурных сетей, освобождение заложников, ликвидация угрожающих государству деятелей противника, а также изменников и предателей, инициация повстанческих движений и партизанских действий и т.д. Приказы о проведении таких операций мог отдавать только Председатель КГБ СССР.

Вся подготовительная работа по созданию ГСН «Вымпел» была возложена на заместителей начальника 8-го отдела: Александра Ивановича Лазаренко, Ивана Павловича Евтодьева и Евгения Александровича Савинцева, которому помогал Валерий Владимирович Попов – ныне президент Ассоциации Группы «Вымпел». Первым командиром «Вымпела» был назначен участник штурма дворца «Тадж-Бек» Герой Советского Союза капитан 1-го ранга Эвальд Григорьевич Козлов. 

По словам Юрия Ивановича Дроздова, «Вымпел» можно назвать «разведкой особого назначения». Брали туда, как и в ОМСБОН Судоплатова, только добровольцев. Их имена никогда и нигде не назывались. Награды они получали при закрытых дверях. Их жизнь была тайной даже для родных. Большое внимание уделялось психологической подготовке. Например, некоторые сотрудники «Вымпела» нелегально проходили «стажировку» в подразделениях специального назначения НАТО, все знали не менее двух языков, многие имели по два-три высших образования – но при этом, как отмечал Юрий Иванович, тренировки, скажем, по рукопашному бою для всех без исключения шли не на мягком ковре, а на асфальте.

В преддверии 100-летия Юрия Ивановича Дроздова автор этих строк встретился с почётным сотрудником госбезопасности полковником Иваном Павловичем Евтодьевым, служившим ещё под началом Павла Анатольевича Судоплатова и знавшим всех начальников нелегальной разведки. По словам Ивана Павловича, которому в этом году исполняется 101 год, Юрий Иванович Дроздов был высокообразованным талантливым человеком. Его отличала прежде всего огромная самодисциплина. «Он был строг к себе и требовал того же от других». Далее, следует отметить его целеустремлённость – если задача поставлена, план прорабатывался до мелочей. Следующая его черта – исключительная работоспособность. Желание разобраться в людях полностью – кто для какой работы подходит. При этом сам Юрий Иванович был человеком эмоциональным, хотя и скрывал это. «Он очень переживал гибель Бояринова, – говорит Иван Павлович. – Он ездил в Высшую школу КГБ проститься с ним, стоял у гроба больше 20 минут, не сказав ни слова – чтобы вам было понятно, я ездил вместе с ним. На обратном пути он мне сказал: “Будете выступать на похоронах, подберите слова потеплее”. Сам он на похороны не ходил, ему было очень тяжело. Посмертно Бояринову было присвоено звание Героя Советского Союза. В другой раз, когда в госпитале был Белюженко, Юрий Иванович тоже брал меня с собой – поздравить Белюженко со званием Героя Советского Союза. Белюженко был в тяжелом состоянии, и главное его настроение было подавленным. Он почти не мог говорить. Юрий Иванович нашел необходимые слова, потихоньку его разговорил, и мы пробыли там около полутора часов. Когда мы уходили, Белюженко улыбался. Это абсолютная правда – Дроздов обладал талантом влиять на людей. Может быть не в такой степени, как Судоплатов, но уж точно не меньше, чем Коротков. При этом если Коротков бывал груб и заносчив, то Юрий Иванович никогда не повышал голоса и не употреблял грубых слов. А что касается работы, то они равны – я не беру Судоплатова, это недосягаемая величина. Но и с остальными я бы пошел в разведку, включая Лазарева и Кирпиченко. Это всё были очень сильные руководители. У Юрия Ивановича я работал пять лет с 1979 по 1984 гг., причём около года я бывал у него в кабинете каждый день по два раза – когда начинался Афганистан и когда создавалась группа “Вымпел”».

Нет никакого сомнения, что Юрий Иванович Дроздов столь же плодотворно работал бы и дальше, если бы не события 1991 г. Пришедший к власти Ельцин ликвидировал и «Вымпел», и 8-й отдел, открыв НАТО прямую дорогу на восток.

Таким был Юрий Иванович Дроздов, самый легальный нелегал – таким он и сохранится в нашей памяти.

Изображение (фото): из открытых источников

Исторические события:

• Первая мировая война 28.07.1914-11.11.1918;
• Старорусская операция 04.03.1943-19.03.1943;
• Берлинская операция 16.04.1945-02.05.1945;
• Афганская война 25.12.1979-15.02.1989.

Участники событий и другие указанные лица:

• Андропов Юрий Владимирович, советский государственный и политический деятель, руководитель СССР, генеральный секретарь ЦК КПСС, Председатель Президиума Верховного Совета СССР;
• Бояринов Григорий Иванович, советский военный деятель, кандидат военных наук, руководитель штурма Дворца Амина, во время которого погиб;
• Вартанян (Варданян) Геворк Андреевич, советский разведчик, сотрудник Первого главного управления Комитета государственной безопасности СССР, участник Великой Отечественной войны, Герой Советского Союза;
• Вартанян (Пахлеванян) Гоар (Анита) Левоновна, советская разведчица-нелегал, в годы Великой Отечественной войны вошла в антифашистскую группу «Легкая кавалерия»;
• Горшков Николай Михайлович, сотрудник внешней разведки СССР, полковник;
• Дроздов Юрий Иванович, советский разведчик, генерал-майор, руководитель нелегальной разведки;
• Кирпиченко Вадим Алексеевич, советский разведчик, генерал-лейтенант, почётный профессор Академии внешней разведки;
• Коротков Александр Михайлович, руководящий деятель советской разведки, разведчик-оперативник, генерал-майор, один из заместителей руководителя КГБ СССР и ГРУ ГШ, занимал посты в НКВД/ МГБ СССР по разведке и диверсиям за границей;
• Крючков Владимир Александрович, советский государственный деятель, председатель КГБ СССР, генерал армии;
• Лазаренко Александр Иванович, советский деятель спецслужб, генерал-майор госбезопасности, начальник разведки ВДВ, командир ОРБО «Каскад» КГБ СССР;
• Савинцев Евгений Александрович, полковник КГБ СССР, разведчик-нелегал, заместитель командира спецподразделения «Вымпел» КГБ СССР, командир спецподразделения «Каскад» КГБ СССР;
• Сахаровский Александр Михайлович, сотрудник советских органов государственной безопасности, возглавлял внешнюю разведку СССР в качестве начальника Первого главного управления КГБ при СМ СССР, генерал-полковник;
• Семичастный Владимир Ефимович, советский партийный и государственный деятель, генерал-полковник, председатель Комитета государственной безопасности СССР;
• Соломатин Борис Александрович, советский разведчик, генерал-майор, заместитель начальника внешней разведки, советник председателя КГБ СССР;
• Судоплатов Павел Анатольевич, сотрудник советских спецслужб, разведчик, диверсант, сотрудник ОГПУ, НКВД - НКГБ, один из руководителей советской разведки, генерал-лейтенант;
• Хрущев Никита Сергеевич, советский партийный и государственный деятель, первый секретарь ЦК КПСС, председатель Совета министров СССР, председатель бюро ЦК КПСС по РСФСР, Герой Советского Союза, участник Великой Отечественной войны;
• Чапаев Василий Иванович, участник Первой мировой и Гражданской войн, начальник дивизии Красной армии, один из самых известных героев Гражданской войны в России;
• Чебриков Виктор Михайлович, председатель КГБ СССР, Секретарь ЦК КПСС, кандидат в члены Политбюро ЦК КПСС, член Политбюро ЦК КПСС, генерал армии;
• Шелепин Александр Николаевич, советский комсомольский, партийный и государственный деятель, член Президиума (Политбюро) ЦК КПСС;
• Эйтингон Наум Исаакович, советский разведчик, генерал-майор государственной безопасности.